Сведения об эксперте

Фамилия, имя, отчество: Асмолов Александр Григорьевич.

Место работы, занимаемая должность: директор Федерального государственного автономного учреждения «Федеральный Институт Развития Образования».

Ученая степень и ученое звание: доктор психологических наук, профессор.

Звания, награды и регалии: действительный член (академик) РАО, член президиума РАО, профессор, Заслуженный работник высшей школы Российской Федерации, лауреат премии Правительства Российской Федерации в области образования.

Результаты экспертизы

Соответствуют ли задачи, сформулированные в Концепции, и пути их решения, раскрытые в соответствующих главах, цели образовательного комплекса? 

Задачи, сформулированные в Концепции образовательного комплекса «Умная школа», и пути их решения опираются на методологию развития личности ребенка, основанную на классических исследованиях в области понимания детства. Среди них, прежде всего, следует назвать культурно-историческую психологию, рожденную в работах Льва Семеновича Выготского, Александра Романовича Лурии, Алексея Николаевича Леонтьева, Даниила Борисовича Эльконина, Василия Васильевича Давыдова и ряда других мастеров.

Вместе с тем Концепция ОК УШ плодотворно опирается на работы современных исследователей понимания детского развития. К их числу относится Виктор Иванович Слободчиков. Его идеи в области антропологии детства проходят красной нитью через всю Концепцию. В этом подходе акцентировано, что главным условием становления личности ребенка является детско-взрослое «со-бытие». Факт учета в Концепции обширного исследовательского опыта и глубокого понимания В.И. Слободчиковым проблемы социализации детей-сирот, несомненно,  является очень выигрышной ее характеристикой.

Кроме того, мне кажется, что в этом документе следует учесть новую концепцию развития дополнительного образования детей, принятую 4 сентября 2014 года Правительством РФ. Это будет важная линия.

При разработке психолого-педагогического содержания, которое опирается на ряд идей, надо прямо указать авторов, с которыми это связано, в том числе, когда речь идет о субъектной позиции, ведь это в тех или иных формах идеи и Лидии Ильиничны Божович, и Виктора Ивановича Слободчикова.

Являются ли результаты решения задач образовательного комплекса измеримыми? Если да, то в какой мере? Если нет, то почему?

Измерять образовательные результаты всегда очень непросто. Вместе с тем без измерений невозможно дать оценку результатам образования, нельзя понять, насколько мы приблизились к заявленной цели, в какой степени нам удалось решить поставленные задачи. Анализируя содержание Концепции, я прихожу к выводу, что в ней имеются четкие параметры для оценки и, следовательно, результаты могут быть измерены. В какой степени – покажет будущее, когда образовательный комплекс будет создан, и результаты его работы материализуются.

Содержит ли текст Концепции положения, противоречащие друг другу? Если да, то какие? В чем именно заключаются противоречия?

Хочется обратить внимание на один из базовых принципов Концепции – «Раннее начало, предполагающее включение детей в образовательный процесс с дошкольной ступени». На мой взгляд, при разработке системы дошкольного образования ОК УШ следует учесть новый Федеральный государственный стандарт дошкольного образования (который был разработан после создания Концепции), а также существующие примерные образовательные программы дошкольного образования. Это поможет существенно снизить риски при реализации этой части Концепции. Когда мы говорим, что проблемы интеллектуального развития детей могут быть компенсированы за счет формирования учебных навыков, мы осуществляем подмену, перенося логику и формы школьной жизни на дошкольное детство, что недопустимо – там не должно быть «дисциплинарно-урочной» системы. Мне бы хотелось, чтобы в концепции «Умной школы» этого постарались избежать.

Несколько огорчает, когда говорится о том, что проблемы интеллектуального развития детей-сирот «компенсируются систематической коррекционной работой». Тем самым авторы концепции словно исходят из презумпции, что детям-сиротам изначально нужна именно коррекционная форма адаптации. Да, детям нужна помощь в адаптации и развивающая работа, но делать акцент на коррекционные программы представляется неправомерным, поскольку в этом случае содержится допущение, что все дети-сироты относятся к группе риска. Хочется, чтобы эти моменты в Концепции ОК УШ были учтены.

Содержит ли текст Концепции положения, противоречащие государственной политике РФ в сфере образования? Если да, то какие? В чем именно заключаются противоречия?

Противоречий с государственной политикой в области образования в Концепции нет. Но содержание данной концепции необходимо более жестко связать с теми стандартами, которые появились уже после разработки концепции. Назову некоторые из этих документов: Федеральный государственный стандарт дошкольного образования, Концепция дополнительного образования детей-подростков, Стратегия развития воспитания детей в Российской Федерации. Можно критически относиться к отдельным положениям этих документов, но они уже приняты на государственном уровне,  и некоторые из них – совсем недавно, как, например, Стратегия воспитания, утвержденная 29 мая 2015 года, на заседании Правительства.

Как содержание Концепции соотносится с актуальными подходами и тенденциями в сфере современного образования?

У меня ощущение, что уникальность этой Концепции заключается в том, что в ней на первый план выходят понятия «субъектная позиция» и «жизненный проект». В этом, с моей точки зрения, яркость и неповторимая ценность предложенной Концепции. Когда мы говорим, что мы создаем школу жизненного выбора, я бы более жестко подчеркнул связь этой идеи с идеей вариативного развивающего образования. На мой взгляд, это крайне необходимо.

Содержание Концепции отвечает духу современных ФГОС и тех позитивных тенденций, которые проявились в Законе «Об образовании», в ряде других государственных актов. Разумеется, обнаруживается созвучность идей, заложенных в Концепции. Тем идеям, которые развивают современные представители культурно-исторической психологии.

Несет ли реализация положений Концепции риски для каких-либо субъектов образовательных отношений? Если да, то какие риски и для кого?

Разработка столь масштабных социальных проектов почти неизбежно таит в себе определенные риски. Так, в Концепции, в самой постановке задачи звучит следующее: «Необходима передача ребенка на воспитание в замещающую семью, так как она способствует формированию близких отношений с окружающими людьми, что важно для его дальнейшей полноценной самореализации. Поэтому социальный заказ однозначен: обеспечить сиротам семейное жизнеустройство» (выделено мной – А.А.). В свете того, что мы имеем дело с миром разнообразия и неопределенности детства, эта стилистика однозначности, жесткой детерминированности, увы, несколько снижает позитивную энергетику Концепции. Ставя амбициозные задачи, надо избегать любых жестких, однозначных характеристик рецептурного типа, иначе мы рискуем оказаться их заложниками. Концепции позволительно не давать ответы на все возможные вопросы заранее, она должна лишь задавать тот конструктивный вектор, на которой стоит ориентироваться при поиске этих ответов.

С моей точки зрения, существуют риски, связанные с названием проекта. Название «Умная школа» содержит имплицитную предпосылку резкой интеллектуализации образовательного процесса. Перед нами блестящий вариант школы выбора, что намного больше и серьезней, чем «Умная школа». И когда в последней части Концепции говорится о школе выбора, это более отвечает вызовам современности, чем название «Умная школа». Но поскольку это название уже принято, трудно что-то менять в сложившейся ситуации. Если это возможно, я бы рекомендовал самому образовательному комплексу дать другое название.

Я считаю, что название «Школа жизненного выбора» - намного лучший вариант, чем банальный вариант «Умная школа». Поэтому игра с термином «Умная школа» у меня вызывает огорчение.

Когда мы говорим о кадрах, надо очень четко обдумать критерии, по которым мы подбираем кадры. Среди этих критериев, видимо, должны быть такие компетентности, как социальная коммуникативность, способность к конструктивному общению, способность к командообразованию, и, главное – умение воспитателя превращаться в мотиватора развития ребенка.  Это то, что мне кажется важным в той Концепции, которую предлагает проект «Умная школа».

Является ли содержание Концепции логичным, целостным и убедительным? Если нет, то почему?

При анализе Концепции и обсуждении ее ключевых идей можно констатировать, что в ней представлена четкая и стройная система положений, в том числе, касающихся семейного жизнеустройства ребенка. В целом эта система  очень цельная. Однако не всегда можно согласиться с терминологией. Я предпочитаю говорить не о тьюторе или коуче, а о воспитателе как мотиваторе. Коуч, тьютор  - это все из языка бизнеса, а не из языка школьной жизни. Мне кажется важным подчеркнуть роль воспитателя как мотиватора. Когда речь идет о среде развития ребенка, я бы рекомендовал термин «мотивирующая среда», а не только мобильная. Мне кажется, что это в большей степени отвечало бы важнейшим положениям Концепции.

В чем наиболее сильные стороны документа?

Наиболее сильные стороны документа – его проектный характер, его ориентация на индивидуальные траектории развития личности, его ориентация на субъектную позицию ребенка и авторскую позицию учителя. Перед нами документ, связанный с тремя «китами» современного образования. Это, во-первых, культурно-историческая психология развития, во-вторых, педагогика сотрудничества и, в-третьих, педагогика достоинства, связанная с идеологией Корчака и других, нацеленная на ценность личности каждого ребенка. В этом – сильная сторона документа. Риски документа мною уже обозначены. Избыточный акцент на когнитивном развитии, противоречащий формулировке о жизненном выборе, так или иначе, будет все время приводить нас к тому, что предлагая идеологию развития, мы будем скатываться в идеологию знания, умения, науки.

Что касается слабых сторон, то, на мой взгляд, тексту Концепции не хватает визуальной выразительности. Можно было бы сделать ряд ярких рисунков-иллюстраций. Ведь в Концепции предлагается образовательная программа, связанная с живой жизнью ребенка, а рисуночный ряд напоминает некий производственный и трудовой цикл. Мне кажется, что такие рисунки и схемы  резко расходятся с тем, что заложено в главные смыслы программы, определяемые той логикой, которую предлагает идеология и Выготского, и ее варианты, разрабатываемые В.И. Слободчиковым.

Какое общее впечатление производит Концепция?

Общее впечатление от Концепции, конечно же, позитивное. Идеи, заложенные в этот документ, гуманистичны по своей сути, продолжают традиции наших великих предшественников, создававших культурно-историческую психологию, пронизаны стремлением к развитию ребенка в системе вариативности и верой в его возможности. Я активно поддерживаю разработчиков Концепии по всем основным пунктам.

Имеются ли у эксперта рекомендации по совершенствованию Концепции?

Считаю правильным, что есть и расширенное, и краткое изложение документа. Но для восприятия данного документа широкой общественностью нужен дайджест, написанный журналистом. Это очень важно для понимания этого документа родителями и, вообще, миром взрослых. Он должен быть изложен языком широкого культурного общения, избегающим жестких психологических и дидактических формулировок. Он должен быть вдохновляющим мотиватором по своему характеру. Такой документ можно было бы использовать как преамбулу к Концепции.